Все знают, что в космосе очень холодно – однако в действительности это утверждение неверно. космос – это практически пустое пространство.

 

 Внутренние конфликты последнее время не дают мне совершать многие действия. Но не буду выносить сор из избы. Сравнение меня с избой должно Вас насторожить и заставить усомниться в моей вменяемости, на то и расчет, господа.

 Итак.  

 Усиленно пытаюсь вспомнить январь 2010 – получается с трудом.

   Помню как новый год я отмечала в Белых столбах, в совершенно незнакомом для меня месте с незнакомыми, в основном, людьми и правилами. В этом было нечто дерзкое, пропитанное дымом из красивой трубки и крепким алкоголем, но это очень быстро закончилось, я снова была дома, и практически не ощутила, какой важный акт взросления был  мой первый несемейный Новый год.

 Затем была семья и я снова маленькая девочка и теряю ключи от съемных коттеджей в сугробах и с замиранием сердца слушаю Вениамина Борисовича Смехова и съезжаю с младшей сестрой по самой огромной горе а своей жизни и ловлю чужие шапки, надеясь на теплый взгляд хозяина, и мои старшие сестры поскрипывая костями говорят, что я слишком еще молода, а я кидаю в них снегом.

Там же были ребята-барды,  которые кольнули меня теплой иглой в сердце - Виталик Басенок, авиа-заметки которого я читаю уже целый год, и за этот год я так и не добралась до места, где могла бы попеть с ними хотя бы раз…

 А потом был февраль и красный нос возмущенной Иктисановой, которую я затащила в свой любимый Петербург в эту отвратительную погоду, и хлюпающие сапоги, и ветер на Исаакиевском,  и теплые кафешки, и несколько самых любимых лиц мгновенно, пролетевших всего по одному теплому кадру мимо меня.. Маруся, Федя, Витя.. С Марусей я еще увижусь. В мае.. С Федей будут лишь теплые интернет—сообщения, А Витя.. Соколов Виктор поразил меня тем, как заботливо гулял нас с Настей до прибытия поезда.

 А ты Настенька, не злись, если не считаешь свой нос в тот момент красным, важно, что я именно с тобой была там, это ведь никогда не забудется, это ведь была вообще важная проверка на прочность.

 А потом были дни рождения Даша, Ира.. … Даша. Горнолыжные склоны и больные коленки. А почти на всех фотографиях того дня она с Сеней. Он целует ее. Она целует его… Она счастливая. А сейчас она больше не с ним.. все исчезло, развалилось на моих глазах и я лишь иногда встречаю осколки этого такого правильного союза… Сейчас Даше очень тяжело.. А мне гадко, что я не была ближе, я давно уже ото всех далеко.  

Потом была Катина проектная работа, а потом  было больно признавать, что если ты не держишь кого-то, кто-то может просто уйти с тем, кто будет этого кого-то держать.

 А потом был март, мы встречали весну большой и весьма странной компанией у Алеси дома. Пили что-то крепкое, ели что-то морское, творили что-то непотребное, а потом была Софи, славный Фиш ай и, удивительный уют, который в гостях обычно не испытываешь, разве что ты пришел в гости к родному человеку….

 Весна была для меня роковой. Приближался день сдачи моего первого полнометражного сценария. Под эту сурдинку я решила, наконец, провести   черту в своей жизни, отавить некоторые гадости навсегда в состоянии «прошло»

 Встречаясь со своими друзьями и собирая у них информацию о себе же , я, быть может, написала и посредственный сценарий. Но зато поняла так много, как никогда не понимала раньше.   Это был практически вырытый ров между.

 Несколько десятков страниц моей жизни слышала вся моя мастерская и Саша Саенко. Он потом предложил мне написать совместный сценарий, и пошел ливень. Я так была счастлива.

 В апреле мне оставалось покончить еще с парочкой тараканов, которые ушли уже после моего дня рождения - самого дрянного праздника и тех, что отмечались за мои 19. Словно сговорившись добрая.. хм.. (злая?) половина моих друзей без угрызений совести забыли что привело их в этот день в мой дом.. и стали самоутверждаться, воспользовавшись случаем. Я тогда и плакала и швыряла железные рюмки об стену.. зато твердо решила прекратить подобные форматы. Теперь я буду отмечать этот праздник совсем иначе. Зато в те времена закончились некоторые, тяготившие меня истории. Я освободилась.

 В конце апреля были Белые столбы и окончательная точка, через ассоциативных посредников.

 Май.

 Началось. Кафе на крышах, Балкон с Софи, приезд Маруси на День Победы, Московские крыши,  мои фотопрогулки в гордом одиночестве, сарафаны и лето, лимонад и люди.

 Я совершенно не могу вспомнит свой май. Вспоминаются не апрельские съемки «Весны» с Софьей, вспоминаются пончики с ней же, после Райкина, перед Соболевы, между    Джон Доном и ВГИКом…    Солянка, нереализованные мечты о Мохите, .но я совсем не помню.. мая.. а вот потом был конец учебы, вовсе не сложная сессия, искренняя радость, что мы справились, особые моменты - зацепки на будущее.. начинались какие-то важные цепочки событий… от случайных времен экзаменов до неожиданной покупки билетов в Геленджик, сумасшедшие ночи с неожиданными людьми, прогулки по набережных, искренние разговоры, манящие магазинчики, уютные кусочки города.

 Важный Дом Кино с самой искренне начальницей – Леной Ретунской и верным другом Антоном Жеребновым…   И вновь моя работа больше была похожа на нечто семейное, теплое и настоящее, на работе то больше жесткого должно быть.. верно?

   А уже  в самом конце весны мы валялись с Софьей в потрясающих кинематографичных полях моей дачи, и я просила сестру сбегать за кремом от комаров, всего за какой-то километрик.

 А потом начался Геленджик – пожалуй, самое сильное событие лета и две мои рыженькие Ира и Маша и Море и вино и «мужчины по-всякому» И гармония, и медитация, и страшные истории, и лошади и Торнадо и торт и хиппи и дольмены и любовь.. и так много яркого, так много важного, так много жизнеопределяющего, Девушки уехали, я продолжила свою морскую болезнь = любовь, и доживала Геленджикские деньки уже в формате. Мама, Катя, Макс.

 Затем были воспоминания. Воспоминания всего этого, но уже   в городе, в непроглядной московской дымке, которая пугала и добавляла атмосферы, а я все также бродила с лимонадами по ночам.

 Мне казалось, что приближаясь к последним событиям – захочется описывать их подробнее, больше. Но нет, почему-то события с сентября по декабрь хочется изложить достаточно сжато.

 С точки зрения творчества и всяческой работы стоит признать, что все это было достаточно бездарно и безрезультатно. Нечего и рассказывать,  практически ничего из того ВАЖНОГО, что было сделано не играет никакой роли сейчас. Разве что только предсентябрьские съемки на кухне с Катюшей, плоды которых она еще будет пожинать через несколько дней, защищая свою проектную работу в гимназии.

 А я - все время пустила на какую-то пустую работу и какие-то пустые взаимоотношения. Правда, насыщенно все это было нереальными эмоциями. Я ими так увлеклась, что совершенно  забыла о том, что дружба – это еще и труд. Я абсолютно обленилась и обидела этим Настю, Софью, Дашу, Аню, Сашу, Сережу…и не только их. Осень принесла мне новые взаимоотношения, новую влюбленностьи новый конец истории, новое чувство юмора и новое разочарование, взросление и уверенность, но я зависла. Словно компьютер во время перегрузки. Много раз меня спасали и вытаскивали из болота Ира и Ян.  Еще были Миша и Маша и какие-то совершенно особенные пивные вечера.

  Ира ворвалась в мою жизнь намного раньше и колоссально на нее повлияла. А Ян так вообще стал другом. Впервые дружба между мужчиной и женщиной представляется мне в возможном формате именно из-за того, что мы знаем кто из нас кого любит и представляем, что сошли бы с ума будь мы вместе.

Дома их имена уже сложили в одно слово, больше напоминающее армянскую фамилию - Ираян. Мы были моряками, удивляли , лепили лягушек, сходили с ума, писали сценарии, не спали ночами, пили молочный улун, валяли звезды, курили песни, узнавали правду, проверяли судьбу, помогали пережить, помогали достигать, помогали осознавать.

 А в конце года со мной случилось то, во что я пока не верю и Вам не советую, ибо это уже совершенно другая история. Вот и годику конец, кто прочел, тот удивил.

 Вы хотите, чтобы я где-то была? Расскажите мне и я там буду! Обязательно проберусь туда какими-нибудь кривыми дорожками и окажусь именно тогда, когда Вы обернетесь, чтобы посмотреть – не пришла ли? Что? Разумеется, вру.

 Начнем с того, что Вы ничего мне не скажете, а я уж, тем более, и с места не сдвинусь. Буду только рассказывать о том, как у нас могло бы быть, как могло бы быть  вкусно тепло и хорошо, не здесь , конечно. А где - я не вспомню, да и Вам знать не захочется.

 Это станет понятно быстрее чем за секунду, и мы даже не остановимся и не задержим взгляд дольше обычного «интересно», потому, что мы утратили что-то, что позволяло останавливаться и менять то, к чему привык.

 Теперь мы боимся. 

Хотя бы боимся вместе.

У нас на двоих разрушительный страх.

 Его можно по вечерам запивать чаем.

В одиночку. Разумеется

_____
  Некурящий, да. 
Да, буду одна.
Молочный улун, пожалуйста.
Чайник. 
 нет-нет, без сахара

Экспериментальная работа Стаси Сергиенко и Гриши Пичула.


Случается ли такое, что человек более бездушен, чем, например, свитер?